Книги
Реклама
Алексей Гудзь-Марков. Домонгольская Русь в летописных сводах V-XIII вв

Расцвет Киевской Руси


Русь при Ярославе обрела черты, присущие большинству христианских государств Европы. Ярослав имел много детей, и заключил множество династических браков с правящими домами Франции, Норвегии, Венгрии. При нем развернулось начатое Владимиром каменное строительство монументальных соборов, и по сей день потрясающих воображение зрителей. При Ярославе был создан (вернее, усовершенствован) свод узаконений, получивший наименование Русской, или Ярославовой правды.
Ярослав продолжил активное строительство городов на лесостепном пограничье Руси. Как и прежде, на Руси процветали торговля и ремесла. В XI в. словене новгородские и кривичи, как и в IX — X вв., охотно шли на земли северо-восточной ростово-суздальской Руси, и прежде всего на черноземы суздальского ополья, в житницу залесских земель. Ширившиеся на север и восток территории волостей захватывали громадные лесные массивы Русской равнины. Крестьяне, выделяясь из «отчиных» и «дединых» хозяйств, взяв топор, коня и жену, уходили на новые земли, расчищали от леса надел и ставили двор. Между деревеньками, в гуще лесной чащобы, пробивали проселки. Русь покрывалась паутиной дорог, многие из которых становились оживленными торговыми путями. На перекрестках путей вырастали города. Бояре, получив от князя определенные государственные обязанности и права, вили собственную паутину из городских теремов и загородных крепостей-усадеб.

В первой половине XI в. на Руси появился еще один феодал — это монастыри и церкви. Были они по преимуществу городскими и получали десятину с доходов светской власти и, кроме того, имели собственные села и лесные промысловые и рыбные угодья.
При этом леса вятичей в XI в. оставались краем, относившимся к Руси настороженно, а нередко и враждебно.
В первой половине XI в. русское государство продолжило стирание патриархальных границ славянских союзов и родов. Эти границы стали перерождаться в границы волостей, а позднее и отдельных княжений. Новая граница противостояния между старым и новым пролегла по линии принятия или непринятия христианства.
При Ярославе Русь по-прежнему противостояла печенегам. Шатры тюркских кочевников в 895 — 1036 гг. появлялись всюду в степях, раскинувшихся между нижней Волгой и Днестром. В XI в. Русь продолжала удерживать города Белая Вежа на нижнем Дону и Тмутаракань на Тамани. Эти приобретения Святослава Игоревича имели для Руси огромное военное и торговое значение.
В 1020 г. у Ярослава родился сын Владимир, впоследствии ходивший в военный поход на Византию и строивший новгородскую Софию.
В 1021 г. сидевший в Полоцке внук Владимира и племянник Ярослава князь Брячислав Изяславович совершил военный поход на Новгород. Город Брячислав занял, ибо появился под его стенами совершенно неожиданно. Полочане взяли в плен множество новгородцев и, забрав имущество горожан, стали отходить к Полоцку.
Вероятно, Брячиславом руководило не столько желание поживиться за счет богатого соседа, сколько стремление подорвать торгово-экономическое значение Новгорода. Напомним, что Полоцк имел собственный выход на Балтику водами Западной Двины. И Новгород с речным путем по Волхову мог рассматриваться Брячиславом как конкурент в торговле со странами Северной и Западной Европы. Кстати, первое столкновение Брячислава с Ярославом произошло в 1020 г.
Известие о нападении полочан на Новгород очень скоро достигло Ярослава. Князь собирался в поход считанные часы. Брячислав с «полоном и имением новгородским» подошел к «Судмири реци», когда его настигла киевская дружина Ярослава. Схватка была недолгой. Брячислав бежал в Полоцк, а новгородцы возвратились в свой город.

Действия Брячислава показывают, что в 1021 г. Русь имела как минимум одно самостоятельное княжение, политика которого противоречила интересам всего государства.
В 1022 г. Ярослав выступил к городу Берестью. В то время Польша была сильна. Болеслав 1 пребывал в добром здравии, и Червонная Русь лишь показала Ярославу свою полную садов и пышных нив равнину. Далее Западного Буга русская дружина не пошла.
В 1022 г. в Тмутаракани, на берегу Керченского пролива, под стенами греческой Фанагории и хазарского Самкерца, ездил с дружиной младший брат Ярослава - князь Мстислав. В 1022 г.
князь с полком выступил на касогов, живших на северо-западных склонах Большого Кавказского хребта.
Когда полки сблизились, князь касогов Редедя предложил Мстиславу не губить людей, а самим померяться силой. Мстислав одолел в поединке и возложил на касогов дань.
В 1023 г . Мстислав пожелал получить свою долю на Руси, в "отчине", и, присовокупив к дружине хазар и касогов, пошел на Ярослава.
Под стенами Киева Мстислав появился в 1024 г. Горожане не впустили тмутараканского князя и стола ему не дали. Тогда Мстислав сел княжить в Чернигове. Ярослав в ту пору был в
Новгороде, где и прежде оказывался всякий раз, когда на Руси занималось зарево смут и усобиц. С верховых, северных, земель мудрому князю Русь была: виднее, да и готовые за гривны и куны послужить Ярославу варяги были близко. А у словен новгородских ни с одним из сыновей Владимира, кроме Ярослава, связей не было, и опасности для князя они не представляли.
Тем временем в ростово-суздальских землях выдался неурожайный год и начался голод. Скоро возник мятеж, а в Суздали выступили затаившиеся до поры волхвы. Это была реакция на стремительную феодализацию и христианизацию Руси. Север государства и его отдельные провинции, такие как Суздаль и Белоозеро с волостями, отличались особой приверженностью к древнему укладу жизни, и неурожай был отнесен на счет гнева богов на народ, отступивший от веры отцов и дедов. То была прямая угроза всему строю княжеской и боярской власти и поддерживающей его христианской иерархии. Ярослав отреагировал тотчас же. Он выступил к Суздалю с дружиной и "изьима волхъвы". Хлеб привезли по Волге из Булгара. Тем и остались живы.
По возвращении в Новгород Ярослав озаботился южнорусскими делами и по обыкновению послал за море к варягам.
Дружину варягов привел Якун. Он был слеп. Ладьи северных германцев недолго простояли на Волхове. Скоро над судами подняли полосатые паруса, и, помолившись, воины двинулись на юг,
в Русь, добывать князю славы, а себе чести.
Мстислав, сидя в Чернигове, зорко следил за днепровским путем и вовремя выступил к северу, к городу Листвен. С ночи Мстислав "урядил и исполчил" дружину. В центре князь поставил славян-северян "B чело противу Варягомъ", сам же с собственной тмутараканьской дружиной стал по "крилома".
Ночь осветилась молнией и огласилась раскатами грома. Вслед за тем пролился дождь.
На рассвете полки сошлись, и началась кровопролитная битва.
Видя, что битва проиграна, Ярослав с Якуном бежали. Ладья Ярослава пристала под стенами Новгорода, а ладья Якуна поплыла далее, вниз по Волхову, за море.
На следующий день утром Мстислав стал обходить поле сражения и, видя иссеченных северян и варягов, сказал: "Kто сему не рад, вот лежат северяне а вот варяги, а своя дружина цела!".
Стойкость северян в сражении с Ярославом может объясниться тем, что союз северян имел счет к Киеву еще с VIII - IX вв." Северяне не желали мириться с подчиненным Киеву положением, и именно эта давняя неприязнь могла в дальнейшем, в XII — XIII вв., предопределить антагонизм, существовавший между Киевом и Черниговом.

Мстислав послал сказать Ярославу, чтобы он сидел в Киеве как старший брат, а Мстислав будет княжить по иную сторону Днепра. Ярослав не верил словам Мстислава, и в Киеве сидели его (Ярослава) посадники. Сам Ярослав в столицу ехать не решался.
В тот же год у Ярослава родился сын, и был он назван Изяслав.
Решился приехать в Киев Ярослав лишь «сьвокупи воя многы». Шел 1026 год. Братья съехались у Городца и разделили Русь по Днепру. Ярослав «прия су страну», а Мстислав «ону... и быс тишина велика в земли». В 1027 г. у Ярослава родился третий сын — Святослав. В 1030 г. Ярослав овладел городом Белз на западных рубежах Галиции, но червенские города по-прежнему удерживались Польшей.
В тот год Ярослав ходил походом на чудь, в леса, отстоящие к западу от Чудского и Псковского озер. На высоком холме Ярослав основал город и назвал его Юрьев (Тарту). Город был призван утвердить власть Руси в чудских землях.
Скоро Ярослав узнал о кончине Болеслава I. Польша погрузилась во мглу мятежа. Это была реакция простого населения на феодализацию и христианизацию страны. Народ стал нещадно избивать «епископы, и попы и бояры своя и быс мятежь въ них».
Масштаб волнений, охвативших Польшу, не на шутку встревожил Ярослава. Не теряя времени, Ярослав объединил силы с братом Мстиславом, и русские полки выступили в поход на умиротворение Польши. Тут Русь вернула под свою власть червенские города. Из Польши Ярослав привел немалый полон. Часть пленных поляков Ярослав поселил на берегах реки Рось «суть и до сего дни».
В 1032 г. Ярослав принялся за усиление рубежа обороны, шедшего по левому берегу Роси. Летописец под 1032 г. сообщает: «Ярослав поча ставит городы по Реи».
В 1033 г. умер сын Мстислава Евсгафий, и князь остался без наследника. Спустя два года Мстислав выехал на охоту, разболелся и вскоре умер (ум. 1034 или 1036).
Хоронили Мстислава в Спасо-Преображенском соборе Чернигова, самим князем выстроенном в 1024 — 1036 гг. Черниговский Спасский собор пережил более старую Десятинную церковь Богородицы, построенную в Киеве при Владимире, и в настоящее время является древнейшим каменным зданием на Руси.

Киев. Макет Золотых ворот. Реконструкция С.А. Высоцкого


Строили Спасский собор при участии зодчих из Византии. Уделим некоторое внимание архитектуре древнейшего из сохранившихся русских соборов.
Размер, пролета главного купола соотносится с размерами отдельных конструкций собора. Это значит, что строители руководствовались четкими соотношениями в сочетании различных частей здания. Из этого проистекает и то, что, следуя данному принципу соразмерности при достраивании того или иного собора (собор собирали), к существующей конструкции добавляли отдельные модули, что не нарушало пропорций и всегда допускало дальнейшее строительство. При этом допускалась кратность не только в соотношении дальнейших элементов плана, но и в высотных измерениях здания. Тем самым русский собор являл собой цельную поэму, запечатленную в камне и всегда открытую для развития.
Стена Спасского собора сложена в соответствии с византийской техникой кирпичной кладки с утопленным рядом. Ряды, положенные из красного длинного кирпича-плинфы, перемежаются полосами светло-розового раствора, скрывающими утопленные ряды. Кроме того, стена собора украшена композициями из орнаментальной кладки.
Спустя несколько лет в Киеве расцвел каменный цветок, затмивший черниговский собор. Однако все конструктивные особенности, которые были заложены при стороительстве Спасо-Преображенского собора, при возведении киевской Софии были повторены и развиты.
В XI в. на Руси продолжалось бурное развитие торговли. Одним из показателей интенсивности и направления торговых связей Руси являются монеты, имеющие начертания названия стран и времени чеканки. Обратимся к свидетельству металлической летописи.
Первое, что бросается в глаза при прочтении металлической повести, — это то, что в VIII в. восток Европы ориентировался на торговлю с Персией, Средней Азией, Византией. На монетах, разбросанных на берегах рек Восточной Европы, начертаны названия городов Самарканд, Андераба, Балх. Вращалось большое число греческих монет X — XI вв.
В XI в. на востоке Европы исчезли куфические монеты. Меньше стало греческих монет. Падение Хазарского каганата и засилье тюркских кочевников в степях юга Восточной Европы в известной степени переориентировали торговлю Руси с востока и юга на запад. Во многом этим объясняются частые походы Владимира и Ярослава на берега Западного Буга.
В конце X в., и главным образом в XI в., на Русь хлынул поток монет германской и иной европейской чеканки. На монетах замелькали названия городов: Аугсбург, Регенсбург, Страсбург, Утрехт, Гронинген, Эрфурт, Вормс, Кельн, Базель, Докком.
Ладьи русских купцов в XI в. стали причаливать к берегам Англии, и на Руси появились монеты королей Этельреда И, Кнута Могучего, Эдуарда Исповедника.
Если главным морским путем на запад Европы служили воды Балтики, то сухопутные дороги с Руси в Европу шли через Краков, Моравские ворота и Чехию. И на Русь стали поступать монеты чешских королей Болеслава I (935 — 969), Брячислава (1034-1055), Братислава II (1056-1092).
Но вернемся к основной канве повествования. Со смертью Мстислава Ярослав принял правление над всей Русыо, и ресурсы центральной государственной власти удвоились. Мстислав имел с Ярославом одну мать — Рогнеду — и был достойным соперником мудрому брату. Но судьба распорядилась гак, что о Мстиславе Владимировиче напоминает Спасский собор Чернигова да записи летописца. Ярославу и его многочисленному потомству предназначена иная судьба.
В 1034 г. Ярослав посетил Новгород и посадил в нем старшего сына Владимира. Епископом в Новгороде поставил «Жидятоу». В тот год у Ярослава родился сын Вячеслав.
В Новгороде Ярославу сообщили, что печенеги «объемь стоять Кыев». Скоро Ярослав сам со стен Киева созерцал печенежские шатры, пасущихся коней, костры.
Ярослав вывел полки за городскую стену и поставил «варагы посреде», на правом крыле стали «кыяны», на левом — новгородцы. Битва произошла в том месте, где через несколько лет «стая Софья митрополья Роуская». Дрались жестоко, и к вечеру Ярослав едва одолел. Печенеги побежали.
В тот год Ярослав «всадил в поруб» брата своего Судислава, в «Плескове оклеветаны к нему». Ярослав был мудр, но подчас и жесток. Такова власть: ее либо крепко держат, либо лишаются, нередко вместе с головой. Возможно, Ярослав опасался не только людей, но и обстоятельств. Люди — лишь орудия обстоятельств, и люди могут быть добрыми или злыми в зависимости от них.

<< Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 3602