Книги
Реклама
Андрей Богданов. Александр Невский

Жизнь на карте: император против папы


Владыка Священной Римской империи германской нации Фридрих II Штауфен был один в высоком и светлом зале прекрасного дворца в Палермо. Придворные, если не разбежались, испугавшись папского проклятия, то попрятались, не рискуя попадаться Фридриху на глаза. Считалось, что в одиночестве император решает судьбы мира. Фридрих стоял в середине зала, на занимающей почти весь пол огромной карте. Ее 15 лет гравировал на серебряных пластинах арабский путешественник и географ ал-Идриси: один из сонма мусульманских, греческих и еврейских ученых, собранных в лучший в мире университет ещё дедушкой императора, королём Роджером II.
Дедушке было легко: его рыцари-норманны, потомки буйных викингов, захвативших Сицилию в IX в., не вникали в проблемы католической веры, даже знать не знали, что такое «ересь». Не тронула их и чума, опустошившая всю Европу. Прекрасный остров в Средиземном море стал оазисом наук и искусств, дивной архитектуры и тонкого придворного обхождения. Не случайно ал-Идриси изобразил его центром огромного земного мира. Говорят, Роджер, хоть и не дожил до окончания работ, не жалел об отпущенном картографу серебре. 800 марок (184 кг) – малая плата за новое чудо света!
Выполненная с великим тщанием, карта ничуть не устарела с тех пор, как работа старика Идриси была завершена и матушка, королева Констанция Сицилийская, опустила 3-летнего Фридриха прямо на серебряные контуры своего острова. Она старалась не покидать его границ, разве что навещала свои владения в Южной Италии, спасенные от разорения её браком с наследным принцем империи. Хитрый дедушка Роджер удачно сторговался с императором Фридрихом I Барбароссой, когда немецкие войска были остановлены союзом итальянских городов в сече при Леньяно (1176). Раненый в сражении завоеватель вынужден был признать свободу самоуправляемых городов (1183). Только удачной женитьбой сына Генриха на Констанции Фридрих скрасил свои потери в Италии (1186), но вскоре утонул в грязной речушке в Малой Азии (1190). Император Генрих VI (1190–1197) едва нашел время, чтобы встретиться с супругой, и почти не заметил рождения наследника в 1194 г. Отца Фридрих не помнил, матушка скончалась, когда ему было 4 года (1198). Воспитывали ребенка ученые мужи университета в Палермо; иногда он с «дядьками», учившими его военному делу, жил в южно-итальянской Апулии.
Италия в те времена по призыву папы римского Иннокентия III поднималась против «северных варваров» – германцев. Отданный матерью под покровительство папы Фридрих считал себя итальянцем. Наследник имперского престола изучил немецкий язык, но для познания наук и искусств важнее были арабский и греческий. Свои трактаты юный король писал на латыни, стихи – на родном итальянском. Мусульманские владыки из Испании и Северной Африки при случае всегда заезжали к гостеприимному двору короля Сицилии и Южной Италии, благо он по комфорту и роскоши не уступал их собственным.
Прекрасные вина и пышные дворцы Палермо, заимствованная из Византии обходительность придворных, восточная музыка и танцы, волшебная арабская литература и поэзия сочетались с легкостью нравов, принесенных с юга Франции. Мусульманские эмиры наслаждались куртуазными романами с золотоволосыми норманнскими дамами и отечески наставляли гостеприимного хозяина в секретах государственного управления. Наслаждаться жизнью временами мешали лишь грубые бароны, застроившие остров каменными замками и выяснявшими отношения с помощью оружия. Такого беспорядка не было в цивилизованных странах, у мусульман и византийцев!
С помощью арабских друзей Фридрих нанял профессиональное войско и, без особого беспокойства, разделался со сворами буйных рыцарей. Вначале он приказывал сносить до фундамента только замки противников короны. А затем повелел уничтожить все частные укрепления и низверг власть баронов над землями. По византийскому образцу он разделил королевство на административные округа во главе с губернаторами, подчиненными королевскому правительству. Оно действовало на основе письменных законов и возглавлялось законоведом-юстициарием.
«Мельфийские конституции» – свод законов Фридриха (1131) – установили единый поземельный налог и систему косвенных налогов, ограничили права сеньоров и входившие в моду вольности городов. Король видел в самоуправлении городов вред для государственного единства, не меньший, чем всевластие баронов и распри сеньоров. Норманны роптали, что в войске Фридриха слишком много мавров, итальянцы для спасения своей сильно поруганной чести создали тайное общество «Коза ностра», но до королевского дворца их заботы не долетали. Налоги собирались правильно, чиновники действовали по закону, правосудие было относительно справедливым, одним словом, для успешного бунта не было никаких условий. Сицилия и Южная Италия процветали. Король десятилетиями, не замечая времени, тешился в своих резиденциях обществом ученых мужей и прекрасных дам.
Источник беспокойства Фридриха лежал севернее его королевства, которое он считал сердцем мира. Переступив несколько шагов по серебряной карте, император наступил ногой на Рим: средоточие его личных и вселенских забот. Матушка не промахнулась, отписав в завещании опекунство над маленьким сыном только что вступившему на престол папе Иннокентию III (1198–1216), вскоре создавшему в центре Италии сильное теократическое государство. В те времена только он мог быть надежной защитой Фридриху.
Кроме Германии, Сицилии и Южной Италии ленная власть папы простерлась при Иннокентии на часть Испании, Португалии, Дании, распространилась в Польше, Чехии и Венгрии. В 1213 г. папским леном объявил свою страну и король Англии. Когда крестоносцы сокрушили Византийскую империю (1204), папе покорились даже православные патриархи Константинопольский и Иерусалимский. Казалось, границ для него не существует.
Встречаясь со своим воспитанником в Апулии, блестящий правовед Иннокентий внушал Фридриху, что божественная власть правопреемника святого Петра над Папским государством – основа его универсальной, то есть всемирной власти. Юный король должен был верить, что чиновничье государство энергичного папы было образцом абсолютной монархии, а все прочие владыки склонялись перед главой христианского мира. Иннокентий вмешивался в каждое важное событие эпохи. Он повелевал королями и считал себя сюзереном, который жалует высший светский сан императору.
Папа долго обносил своего воспитанника горькой чашей власти, как будто «забыв» о его праве на имперский престол. Из двух одновременно избранных в Германии королей (1198) Иннокентий поддержал Оттона IV Вельфа – ведь тот поклялся уважать папские привилегии. Когда его соперник Филипп II Швабский был убит, папа короновал Оттона венцем императора (1209). На следующий год Оттон нарушил клятву, и папа отлучил его от Церкви. Под влиянием папского золота германские князья низложили Оттона и избрали королем Фридриха (1212).
В 18 лет «апулийский мальчик» должен был покинуть любезную ему Сицилию и двинуться в полудикие, известные жестокими нравами северные земли. Даже на серебряной карте их полупустынные пространства были больше густонаселенного и цивилизованного Средиземноморья. Заплетающимися шагами император побрел по залу к Франкфурту: там, в присутствии послов французского короля Филиппа II Августа и на деньги, занятые Фридрихом под залог драгоценных сицилийских земель у генуэзцев, германские князья торжественно избрали его «римским королем».
Коронованный в Майнце, он с легким сердцем поспешил в тёплые края, домой, по дорогам, забитым толпами детей, направленных фанатиками в крестовый поход. Лишь часть этих несчастных Фридрих смог завернуть с дороги в Италию назад, в Германию. На этом бы его немецкие дела и кончились, но низложенный император Оттон Вельф бросился мстить за обиду французскому королю, отнимавшему последние владения у любезного сердцу папы английского короля Иоанна I Безземельного (непутёвого брата Ричарда Львиное Сердце). Разбитый при Бувине, Оттон бежал, потеряв и золотой императорский штандарт, и свой престиж в Германии. Фридриха снова извлекли с Сицилии и теперь уже по настоящему короновали в Аахене (1215).
В Риме Иннокентий III ликовал. Его воспитанник, к тому же вассал по королевству Сицилии и Южной Италии, возглавил могущественную и прираставшую завоеваниями Германию. К великому горю Фридриха, ему пришлось несколько лет жить на севере, а центром мира стал Рим. После коронации «апулийского мальчика» на Вселенском соборе в Латеранском дворце в Риме папа Иннокентий пережил свой звездный час: все его постановления были утверждены как незыблемые, а всем ненавистным ему еретикам объявлена война (1215).
Крестоносцы графа Симона де Монфора заливали кровью альбигойский Прованс, на Луаре благословлённые папой рыцари резали вальнедсов, в Ломбардии – гумилатов, на Балканах – богомилов. Расследование (inquisitio) преступных стремлений еретиков жить по евангельским заповедям взял на себя орден «псов Господних» (Domini canes), утвержденный в правах в 1216 г. уже новым папой Гонорием III (1216–1227).
Еретиков Фридрих не жалел: католики пытали и жгли на кострах своих же христиан, не трогая иноверных ученых из университета в Палермо. А папа-воспитатель убедительно доказал ему, что ересь в соответствии с римским правом тождественна оскорблению высшей власти («оскорблению величества») и посему подлежит наказанию государственному. Поскольку же ересь – чума души, смертельный враг лучшего, что есть в человеке, ее надлежит истреблять, как заразу – сожжением на костре. Во исполнение постановлений Латеранского собора Фридрих утвердил имперским законом суд инквизиции и сожжение еретиков светской властью (1224).
Но прежде чем проводить по всей империи свои законы, Фридрих должен был покинуть ненавистный север и венчаться императорским венцом в Риме (1220), поклявшись соблюдать и расширять папский сюзеренитет (верховную власть) над Сицилией, Южной и Центральной Италией, а также не позднее, чем через год, отправиться в крестовый поход. Эту тяжкую ношу он нести очень не хотел.
Объединив отцовское германское наследство с материнским сицилийским, Фридрих вернулся в Палермо и зажил счастливо. Напрасно старый и больной папа Гонорий твердил про крестовый поход. У императора было полно мирных дел. Он продолжал обустраивать Сицилию, добавив к наемной армии сильный флот для защиты самого острова и южного берега Италии от пиратов. В Германии он укрепил своё влияние, щедро раздавая светским и духовным князьям административные и судебные права и раздаривая огромный фонд имперских земель. В глазах Фридриха северные владения Штауфенов не имели ценности. Его заботил лишь порядок, а его обеспечивали князья на местах. Когда рейнские города возмечтали о правах вольных коммун, как вольные города будущего Ганзейского союза, Фридрих издал указ, запретивший городам добиваться свободы от сеньоров и грозивший ослушникам суровой карой (1232).
Оторвав взор от постылого севера, император решительно зашагал по карте на юг, где на стыке Африки и Азии ал-Идриси крупно высек слово: Иерусалим. Фридрих всегда знал, зачем папа толкает его в крестовый поход. Гораздо ближе, посредине Италии, лежала вздувшаяся раковой опухолью Папская область, границы которой угрожающе наползали на королевский Юг и отрезали его от искони мятежного Севера. Там, на севере Италии, бившие еще его дедушку Фридриха Барбороссу Ломбардские города готовы были восстать, как только имперские рыцари уйдут на долгую и кровавую войну за Святую землю.
Лишь под угрозой отлучения от церкви Фридрих обещал выступить в поход (1225) и тут же женился на Изабелле, дочери обиженного папой иерусалимского короля Жана. Видя, что имперские рыцари уже пришивают к своим плащам крест, Ломбардия вооружилась. Крестоносцы готовы были двинуться вместо Святой земли на Северную Италию, но новый папа Григорий IX (1227–1241) пресек усобицу. 80-летний племянник Иннокентия III хорошо подшутил и над избравшими его для «краткого понтификата» кардиналами, и над уповавшим на его немощь императором. Когда Фридрих отплыл в крестовый поход с подошвы «италийского сапога», из Бриндизи, чтобы несколько дней спустя вернуться назад «по болезни», папа решительно отлучил императора от Церкви (1227).
Поход на Иерусалим становился неотвратимым. Изгнанный приверженцами императора из Рима старик-папа был тверд, как кремень, и не снимал проклятие с Фридриха. Но так ли необходимо было воевать? Шагая по серебряной карте к Иерусалиму, Фридрих с удовольствием вспоминал, как использовал свои связи среди мусульман, чтобы договориться с одними, подкупить других и без боя войти в Иерусалим. Шестой крестовый поход (1228–1229) был начат им законно, когда истек срок перемирия с Египтом и завершен мирным договором с султаном, благодаря которому Иерусалим остался в руках христиан (до 1244). Вернее – в руках венчанного на Иерусалимский престол Фридриха (1229–1239).
Такого Италия не ожидала. Папа был в ужасе: Святая земля была освобождена, главной цели крестоносного дела больше не существовало! Напрасно Григорий IX вопиял, что император – пират и нечестивец, замаравший себя сделкой с «неверными», напрасно подверг интердикту (запрету совершать богослужение) освобожденную Святую землю. Высадившись в Италии, Фридрих молниеносно разгромил войска папы, уже тихой сапой подобравшиеся к Неаполю, а затем и его Ломбардских союзников. Папа признал власть императора в Италии, а Фридрих не тронул раковую опухоль в центре полуострова – Папское государство (1230).
Золотые годы мира пролетели на Сицилии, как это водится, незаметно. Посланный править Германией сын Генрих забунтовал, но князья не поддержали его, несмотря на золото папы (1235). Опаснее была возобновленная с участием папы Лига Ломбардских городов (1232), которым чуть было не последовали города на Рейне. Покинув милую Сицилию, император при поддержке немецких князей двинулся на Милан. Он разгромил горожан при Кортеново (1237) и осадил Брешию. Этот город на карте ал-Идриси Фридрих хотел пометить черным цветом. Граждане стояли насмерть, и, потеряв немало рыцарей, император отступил.
Утешил Фридриха его незаконный, но самый любимый сын Энцио. Красавчик смутил сердце наследницы Сардинии, и отец помог молодым соединиться. А после свадьбы Фридрих увенчал Энцио короной Сардинии. Это был папский лен. В ответ на новую анафему (1239) войска Фридриха заняли все Папское государство. Бегая по Италии, старик Григорий IX бомбардировал всех светских государей призывами истребить «медведя, леопарда, богохульника, сына Вельзевула». В ответ Фридрих писал монархам, что папа – их общий враг, ибо, атакуя самого сильного из них, мечтает поработить всех.
На Пасху 1241 г. папа назначил Вселенский собор для осуждения императора. Но флот под командой Энцио перехватил корабли епископов на море, и прелаты оказались в тюрьме. Когда в далёкой Руси князь Александр Невский выбивал крестоносцев с новгородских земель, имперские войска плотно окружили Рим. Призывавший к крестовым походам против империи и Руси папа был в ловушке.
Однако Фридриху не удалось, как Александру в Копорье крестоносцев, взять в плен папу. Поставив рекорд папского долгожительства, Григорий IX в 94 года задохнулся от гнева, оставив императора с носом (1241). Для того чтобы 10 оставшихся на свободе кардиналов не отвертелись от выборов нового папы, впервые был применен конклав (от лат. cum clave – запертые на ключ). Но запертые в одной из комнат Латеранского дворца кардиналы вышли из положения, избрав умирающего Целестина IV. Он прожил в качестве папы всего две недели: анафему с императора не снял, но дал кардиналам возможность бежать из Рима. Когда зимой 1242 г. Александр Невский собирал войска для похода на Псков, у крестоносцев вообще не было папы!
Фридрих с трудом мог разыскать на огромной карте городишко Ананью, где кардиналы-беглецы собрались после полутора лет мытарств. Они выбрали папой Иннокентия IV, генуэзца по происхождению и гибеллина (сторонника империи) по убеждениям (1243). Фридрих примирился с папой, отвел войска из его земель и отбыл на Сицилию. «Сицилийские каникулы» стали величайшей ошибкой в его жизни и катастрофой для его империи.
Отсюда, из Сицилии, казалось милым ностальгическое желание папы посетить родную Геную. Этот город, обозначенный самым большим значком на серебряной карте западного берега Италии, славился своими банкирами и могучим флотом. Некогда генуэзцы своими деньгами помогли выбрать на германский престол Фридриха. Теперь, не желая выгодного им окончания борьбы между папами и императорами, они укрыли Иннокентия и ссудили ему денег. К разбогатевшему папе устремились со всего света епископы. Франция поддержала папу против императора, после кончины Изабеллы женившегося на сестре английского короля Генриха III.
17 июля 1245 г. во французском городе Лионе Вселенский собор постановил предать анафеме Фридриха и все его потомство, лишить их всех занимаемых престолов и призвать их подданных к восстанию. Против Фридриха был объявлен крестовый поход. А довольный папа получил от собора право дарить новым кардиналам красные шляпы.
Прозвучавшие из далекого Леона обвинения в клятвопреступлении, еретичестве и склонности к магометанству не испугали Фридриха. Из дворца в Палермо дела в Европе смотрелись неплохо. Франция и тем более Англия на призыв к крестовому походу не откликнулись. В Германии были избраны целых два антикороля, но сын Фридриха Конрад IV сумел заручиться поддержкой большей части князей и привлек к себе верхнедунайские города.
В Италии часть городов перешла на сторону императора, а в других партии его сторонников-гибеллинов бились с папской партией гвельфов. Правда, войско Фридриха потерпело поражение в битве под Пармой (1248), но его казна еще не опустела. Сицилия и Южная Италия, освобожденные его администрацией от баронского произвола, процветали, налоги поступали в Палермо исправно.
Сейчас, когда император в одиночестве мерил шагами серебряную карту, новое хорошо вооруженное войско готовилось в Апулии к решающему походу на Север Италии, в Германию, даже на Лион! Момент решительной схватки светской и церковной власти настал. Сюзерены должны решить, на чьей они стороне, будут дольше терпеть деспотичную власть Рима или станут самовластными.
Последний из средневековых императоров вышел из зала Серебряной карты и призвал свиту. В сопровождении верных рыцарей он покинул дворец в Палермо и вскоре достиг Апулии. 13 декабря 1250 г., после смотра войск, 56-летний Фридрих II Штауфен внезапно почувствовал недомогание. Несмотря на папскую анафему, архиепископ Палермский отпустил грехи умирающего и причастил императора перед кончиной. Светские власти были в ужасе, духовные ликовали. «Рука божия» проявила себя явно и далее действовала наверняка.
Избранный королем Германии Конрад IV умер столь же внезапно, как отец: ведя рыцарей в поход на Северную Италию (1254). Внука Фридриха Конрадина князья не признали, и тот бежал на Сицилию, где правил другой сын Фридриха – Манфред. Тогда новый папа, Климент IV (1265–1268), «подарил» Сицилию и Южную Италию брату французского короля Карлу Анжуйскому. В год коронации Карла в Риме (1266) французы разбили сицилийцев у Беневента и убили Манфреда. Конрадин был разбит в 1268 г. и обезглавлен в Неаполе.
С гибелью Штауфенов пала их империя. В «великое междуцарствие» (1254–1273) в Германии не было единого главы. Империя распалась на самостоятельные земли. Часть их позже собрали Габсбурги, другую лишь в XIX в. объединил «железный канцлер» Бисмарк. Еще дороже папская политика партикулизма (разъединения) обошлась Италии: она на 600 лет осталась разорванной в клочья добычей жадных соседей.
Князь Александр Невский, хорошо разбиравшийся в делах Западной Европы, был свидетелем поражения и развала великой империи в борьбе с папством. И даже бояре Пскова убедились, сколь опасно было искать союзников в лице папских епископов.
Если Александр Невский был врагом папы, то он на деле выступал как союзник императора Священной Римской империи германской нации и короля Германии Конрада, его сына, собиравшего войска против татар. Александр был естественным союзником рыцарей и против орды, которая грозила уничтожить их метрополию. Словом, у непривычных к размышлениям братьев-рыцарей голова шла кругом…

<< Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 2193